Григорий Богомолец
- Подробности
- Категория: Uncategorised
- Опубликовано 24.09.2014 11:49
- Просмотров: 1521
Крылатый гусар
«Земянин его королевской милости», Григорий Богомолец служил в гусарской хоругви войск Речи Посполитой (точнее, Великого княжества Литовского) в первой половине XVII века. Это установлено из текста завещания, написанного им 22 мая 1640 г., в котором перечисляются элементы брони и вооружения; большинство из них – типично гусарские: шишак (szyszak, то есть, шлем), кончар или по-польски koncerz (типичный гусарский длинный меч с гардой и узким лезвием), прапорцы (длинные флаги для гусарских копий), копейные древки, палаш (заточенный с одной стороны меч или сабля со специфической формы лезвием и рукоятью, используемая гусарами), "мунштук гусарский" (элемент конской сбруи).
Вероятно, Григорий Богомолец принимал участие в московско-речьпосполитоской войне 1609-1618 гг. Это видно из Первой росписи, в которой сообщается о судебном процессе, затеянном Григорием Ивановичем Богомольцем против своего родного брата Александра со ссылкой на иск, поданный в Витебский гродский суд 2 сентября 1620 г. («Когда он, Григорий Богомолец, был на службе Речи Посполитой в российском крае, аж до года 1619 (Выделено нами. – Ред.), в то время упомянутый Александр Богомолец забрал и двор в Погостищах, и всякое в нем движимое имущество, сообща им принадлежащее»)
11 марта 1623 г., согласно Первой росписи, король Речи Посполитой Сигизмунд III пожаловал привилей своему гусару Григорию Богомольцу на деревеньку Ущо (Устье) в Смоленском воеводстве (позднее - в Невельском повете; сейчас – на территории России) на праве вечного лена. Нам представляется, что это была награда за участие годом ранее в боях между войсками Великого княжества Литовского и Швеции за городок Митаву (ныне – Елгава, Латвия), в ходе которых Митава была отбита у шведов.
Гербовник Каспера Несецкого сообщает, что Григорий Богомолец принимал участие в выборах короля Владислава IV и подписал элекционную грамоту.
С начала 30-х годов XVII в. Григорий Богомолец скупал земли обширной Погостищевской маетности, разделенной между его родственниками. Сперва, в период с 15 марта по 4 августа 1633 г. (из чего можно сделать вывод, что в Смоленской войне 1632-1634 гг. он, по-видимому, не участвовал), Григорий Богомолец совершает крупную покупку у своего брата Семена за 300 коп грошей литовских. В числе приобретений: Семенова часть наследственного имения Погостищи (в акте продажи, или «вечыстом продажном листу» Семена Ивановича Богомольца фигурирует название «село Погоское») рода ОлиферОвичей – вместе с живущими в нем подданными; право лова рыбы в озере Мышонок (для сравнения: в более ранних актах это озеро считалось общим); принадлежавшую ранее Семену часть дубровы «за Буболевом под Новоселками», до этого также считавшейся общей; часть владений («пляцу ойчыстого») на Задунайском посаде в Витебске вместе с садом. Сюда же входил ранее считавшийся общим участок земли, на котором стояла церковь Св. Николая, а также «дворъ поповъ съ огородомъ и две кели».
Вторая покупка была сделана уже в следующем году. О ней свидетельствует интромиссионный лист от 21 июня 1634 г., составленный для введения Григория Богомольца в переданные ему наследственные владения витебского земянина Ивана Игнатьевича Ходычинского и его жены, Раины Григорьевны из Погоских (как видим, дальней родственницы Григория Богомольца). Григорий Богомолец также принял часть имения «у Погоского на Ходычине» (очевидно, речь идет о части маетности Ходычин, соседствовавшей с селом Погостище. – Ред.), купленную Раиной Погоской (Ходычинской) у покойного Василя Ходачынского (Ходычинского. – Ред.) – очевидно, родственника своего мужа.
Третья сделка была оформлена купчей от 2 июля 1636 г.; согласно ей, Григорий Богомолец выкупил за 600 коп грошей литовских часть Погостищевского имения у родного брата Александра и его супруги Анны Мостычанки вместе с их двором, жильем и подданными, а также участками земли вокруг церкви Св. Николая, правом лова рыбы в озере Мышонок и часть ранее считавшейся общей дубровы «там же в селе Погосском за Буболевом под Новоселками лежачая», а также причитавшиеся Александру Богомольцу «часть пляцу ойчистого з огородомъ» в Витебске на Задунайском посаде и часть считавшейся общей земли, на которой стояла церковь Св. Николая. Купчая был зарегистрирована в актовых книгах 10 января 1637 г. Тем же числом зарегистрированная еще одна купчая (дата ее в ИЮМ не приводится), по которой Григорий Иванович Богомолец приобрел у своего двоюродного племянника – Юрия Касперовича Богомольца за 700 коп грошей литовских еще одну часть имения Погостищи вместе с землями «надъ рекою Ольшою ажъ по ручей Каменец и со всею землею за рекою Ольшою прозвищем Жарное», право лова рыбы в озере Мышонок, его часть дубровы за Буболевом под Новоселками и земли под церковью Св. Николая. В том же 1637 г. (24 января) Григорий Богомолец заложил на три года приобретенное за несколько месяцев до этого имение Лужино шляхтичу Александру Бируле.
В итоге на момент составления завещания (22 мая 1640 г.) во владении Григория Богомольца были: практически все родовое имение Погостище вместе с церковью Св. Николая; очевидно, большая часть ранее общей дубровы «за Буболевом под Новоселками» (если вообще не вся дуброва); приобретенные имения – Ходычино со шляхетским двором, дворней и оселыми подданными, село Новоселки – также с подданными; село Лужино в Витебском воеводстве (оба села приобретены у шляхтича Александра Гурки – соответственно 8 ноября 1636 г. и 20 июня 1637 г., а также заслуженная у короля маетность Ущо (Устье). К этому также следует присовокупить приобретенные у Семена Богомольца владения в Задунайском посаде города Витебска.
Из того же завещания известно, что Григорий Богомолец часто давал деньги в долг – правда, остается непонятным, на каких условиях. На момент смерти у него в должниках числилось 13 человек, среди них – витебский подстолий Андрей Гурко (сумма его долга составляла 340 коп литовских грошей), весьма крупный как для того времени чиновник, а также его родной брат Александр Богомолец; общая сумма долга, причитавшаяся покойному, составляла, по нашим подсчетам, 1422 копы литовских грошей. Из этих денег Григорий Богомолец завещал выплатить по 600 коп каждой из своих двух дочерей, Софии и Анне, на приданое; оставшаяся сумма в 222 копы должна была пойти сыновьям. Кроме того, в закладе у Григория Богомольца в счет долгов находились земельный участок и сенокос.
При дворе Григория Богомольца была челядь. Согласно завещанию, ее следовало отпустить заплативши. Однако троим «воспитанникам» шляхтича – Степуку, Степану и Атрохиму, надлежало служить при дворе до совершеннолетия его детей, после чего они должны были быть отпущены на волю с расчетом.
Служа в элитной гусарской кавалерии, которую опекал король Сигизмунд ІІІ, ученик и последователь иезуитов, Григорий Богомолец оставался православным. Это ясно видно из его завещания, где он завещает похоронить его «водлугъ закону хрестьянского веры старожитное благочестивое греческое» при церкви Св. Николая в Погостищах. При этом он наказал своей супруге соорудить над его могилой часовню («капълицу»). Из того же завещания видно, что Григорий Богомолец был образованным человеком для своего времени. У него было несколько религиозных (и, возможно – не только религиозных) книг, среди них – знаменитая Острожская библия, Евангелие, псалтырь Кохановского (кстати, католического автора). Все он были приобретены Григорием Богомольцем для церкви Св. Николая за личные средства. В своем завещании он предписывает своей супруге и детям предоставлять эти и другие имеющиеся книги для службы священникам Свято-Николаевской церкви. Кроме того, часть денег он жертвовал на Кутеенский монастырь в Оршанском повете и на Марковский в Витебском повете. Что касается Свято-Николаевской церкви, то, очевидно, он взял на себя опеку над ней в 1633 г. – вскоре после приобретения у своего брата участка земли, на которой она стояла. Напомним, что долгое время этот участок считался общим для нескольких поколений Богомольцев и Погоских – как и вся земля, лежавшая под церковью и вокруг нее.
В завещании упоминается тот факт, что на момент его составления (22 мая 1640 г.) жена Григория Богомольца, Елена Сорочанка, была беременна. Стало быть, младший ребенок Григория родился уже после смерти отца.
Смерть Григория Богомольца настала, скорее всего, в период с конца мая – в один из летних месяцев 1640 года, так как на момент составления завещания, согласно его тексту, Григорий Богомолец был уже, что называется, совсем плох («будучы от пана Бога хоробою тяжъкою навежоный»), но все еще «при зуполъном розуме», а на момент внесения завещания в гродские книги Витебского воеводства, то есть, 10 августа 1640 г., Григорий Богомолец значится уже как усопший.
Источники и документы
1. «Акты Виленской археографической комиссии». Т. XIII. - Вільна, 1886. - С. 93-98
2. НИАБ. Ф.2512. – Оп.2. – Д.№ 2. – Л. 8 (об.), 10
3. ИЮМ. Вып. 22. – Витебск, 1891. - С . 455-457
4. ИЮМ. Вып. 23. - Витебск, 1892. - С. 320-326
5. ИЮМ. Вып. 24. - Витебск, 1893. - С. 493
6. ИЮМ. Вып. 25. - Витебск, 1894. - С. 335-336
7. ИЮМ. Вып. 26. - Витебск, 1895. - С. 120, 122-128
8. Boniecki A. Herbarz Polski. Uzupełnienia i sprostowania do części I. – Warszawa, 1901. – S. 231.
9. Niesiecki K. Herbarz Polski. T. II. – Lipsk, 1839. – S. 206, 207